Ложь церкви

Два «вопроса жизни», разрешение которых церковью заставило Толстого отречься от общения с православием: отношение к другим исповеданиям и отношение к войне и казням. Каждая церковь объявляет себя единственной истиной, а остальных — во лжи; Толстой называет это «самое жестокое слово, которое может сказать один человек другому» и показывает механику: для исполнения человеческих дел нужно насилие. Разговор с духовным лицом обнажает выбор — блюсти «веру предков» важнее, чем соединиться с братьями.

Evidence

я увидал, что всех, не исповедующих одинаково с ними веру, православные считают еретиками, точь-в-точь так же, как католики и другие считают православие еретичеством
— «Исповедь», гл. XV

утверждение о том, что ты во лжи, а я в истине, есть самое жестокое слово, которое может сказать один человек другому
— «Исповедь», гл. XV

И я всё понял. Я ищу веры, силы жизни, а они ищут наилучшего средства исполнения перед людьми известных человеческих обязанностей. И, исполняя эти человеческие дела, они и исполняют их по-человечески.
— «Исповедь», гл. XV

для исполнения человеческих дел нужно насилие, и оно всегда прилагалось, прилагается и будет прилагаться.
— «Исповедь», гл. XV

  • edinenie-v-lyubvi — обещание, которое церковь сама разрушает
  • voyna-i-kazni — второй, решающий вопрос
  • istina-i-lozh — вывод: отделять, а не отбрасывать всё
  • vera-obrazovannykh — человеческие цели под видом веры