Разумное знание и знание веры

Дилемма VIII главы: разумное знание, доведённое до конца, отрицает смысл жизни; вера даёт смысл, но, кажется, требует отрицания разума. Разрешение — не капитуляция разума, а проверка его хода: рассуждение было правильным, ошибочной была постановка вопроса. Вера оказывается не «неразумным» знанием, а знанием другого отношения — конечного к бесконечному.

Evidence

Разумное знание в лице ученых и мудрых отрицает смысл жизни, а огромные массы людей, всё человечество — признают этот смысл в неразумном знании.
— «Исповедь», гл. VIII

По вере выходило, что для того, чтобы понять смысл жизни, я должен отречься от разума, того самого, для которого нужен смысл.
— «Исповедь», гл. VIII

Проверяя ход рассуждений разумного знания, я нашел его совершенно правильным. Вывод о том, что жизнь есть ничто, был неизбежен; но я увидал ошибку. Ошибка была в том, что я мыслил несоответственно поставленному мною вопросу.
— «Исповедь», гл. IX

Я начинал понимать, что в ответах, даваемых верою, хранится глубочайшая мудрость человечества, и что я не имел права отрицать их на основании разума, и что, главное, ответы эти одни отвечают на вопрос жизни.
— «Исповедь», гл. IX

  • konechnoe-i-beskonechnoe — найденная ошибка постановки
  • vera-sila-zhizni — положительное определение веры
  • razum-syn-zhizni — первая догадка о пределах разума
  • istina-i-lozh — но и вера требует проверки: в ней ложь примешана к истине
  • obryady — где требование «отречься от разума» вернётся буквально